Как сообщает агентство Bloomberg, глубоко за Полярным кругом, более чем на 1000 м под землей, в штольнях рудника Мальмбергет на севере Швеции после ночных взрывных работ сохраняется запах аммиака. В результате ежедневных взрывов освобождается около 50 000 т горной породы.

Уже более столетия здесь добывают железную руду, и рудник сыграл значительную роль в экономической истории страны. Однако теперь взрывные работы становятся также первым этапом реализации проекта по созданию в Европе полноценной цепочки поставок редкоземельных металлов.

Эти минералы превратились в одни из ключевых видов сырья XXI века. Они используются повсюду — от электромобилей и ветряных турбин до центров обработки данных и военного оборудования. Сокращение зависимости Европы от импорта, особенно из Китая, стало неотложной задачей, поскольку эти материалы все чаще используются в качестве инструмента экономического давления.

Скандинавский регион становится одним из краеугольных камней этой стратегии. Здесь сосредоточены крупнейшие известные запасы редкоземельного сырья в Европе, имеются значительные ресурсы экологически чистой электроэнергии и накоплен серьезный опыт в горнодобывающей отрасли.

Особенно выгодное положение занимает шведская государственная компания LKAB, управляющая рудником Мальмбергет. Редкоземельные элементы здесь являются побочным продуктом рентабельного производства железной руды, поэтому компании не приходится создавать всю производственную инфраструктуру с нуля.
Однако одной только добычи недостаточно. Для достижения успеха Европе придется перенять опыт Китая, где государственная поддержка позволила создать масштабные мощности по переработке и рафинированию сырья, обеспечив полноценное использование огромных месторождений страны.

«На Западе, если мы действительно хотим добиться успеха во всей цепочке производства редкоземельной продукции, необходимо мыслить как Китай, а не ограничиваться только разработкой месторождений редкоземельных металлов», — заявил генеральный директор компании Amaroq Эльдур Олафссон. Компания реализует проект геологоразведки в Гренландии.

По оценкам Евросоюза, для реализации нескольких десятков стратегических проектов, отобранных ЕС для развития в рамках Закона о критически важном сырье (Critical Raw Materials Act), потребуется более €43 млрд ($48 млрд). В их число входят некоторые проекты LKAB, а также ряд других инициатив в сфере редкоземельных металлов.
Однако цена бездействия будет еще выше. Международное энергетическое агентство (МЭА) оценивает потенциальные потери от перебоев в поставках в $1,5 трлн. В наибольшей степени они могут затронуть такие отрасли, как автомобилестроение, электроника и авиация.

Предполагается, что необходимые капитальные затраты будут покрываться за счет сочетания государственных ресурсов и частных инвестиций.

Правительства скандинавских стран уже начинают выделять средства на формирование новой цепочки поставок, используя гранты и финансирование научных исследований для поддержки проектов на всех этапах — от геологоразведки до переработки и разделения редкоземельных элементов.

Евросоюз располагает фондом объемом €3 млрд для поддержки проектов в сфере критически важных минералов, в том числе редкоземельных металлов. Однако пока выделяемые средства значительно уступают объемам финансирования со стороны Китая и США, которые также активно стремятся сократить свою зависимость от внешних поставщиков.

На долю Китая приходится около 60% мировой добычи редкоземельных элементов, используемых в производстве магнитов. В сегменте переработки и рафинирования его доминирование еще сильнее: страна обеспечивает более 90% мирового объема производства.

Мадалена Барата да Роша, аналитик брюссельского аналитического центра Bruegel, отметила, что Китай продемонстрировал свою «готовность и способность использовать эту цепочку поставок в качестве инструмента давления».

В 2025 году Европа уже ощутила риски такой концентрации поставок, когда Пекин ужесточил экспортные ограничения на редкоземельные металлы и материалы для производства аккумуляторов. Напряженность сохраняется на фоне введения Евросоюзом ограничений на ряд импортных товаров с целью защиты отдельных отраслей промышленности.

На руднике Мальмбергет ночные взрывные работы — лишь начало производственного процесса. После отделения железной руды побочный продукт проходит несколько стадий переработки, в результате которых получают апатитовый концентрат. В дальнейшем из него можно производить фосфорную кислоту и редкоземельные элементы.

Примерно в 190 км к югу, в ничем не примечательном промышленном здании в городе Лулео, начинается следующий этап производственной цепочки — на пилотной установке по переработке сырья.
Предприятие было завершено в соответствии с графиком, и сейчас основное внимание уделяется этапу горячей пусконаладки. В ходе этого этапа постепенно тестируется все оборудование, чтобы убедиться, что оно будет работать должным образом в реальных производственных условиях.

К настоящему времени LKAB инвестировала в проект около 800 млн шведских крон ($85 млн). Строительство полноценного промышленного предприятия, которое может начать работу в начале 2030-х годов, потребует инвестиций в размере нескольких миллиардов крон.

По словам старшего вице-президента LKAB по специальным продуктам Даррена Уилсона, основная часть финансирования поступит от самой компании, однако она также рассматривает другие источники привлечения средств «с учетом значения этого проекта для Швеции и Европы».

«Речь идет не о достижении полной самодостаточности, а о снижении зависимости. Нам необходимо обеспечить достаточные объемы поставок, чтобы это действительно имело стратегическое значение», — пояснил он.
Европейские планы охватывают всю цепочку поставок.

LKAB также является крупнейшим акционером норвежской компании по переработке редкоземельного сырья REEtec. Кроме того, в сентябре компания Neo Performance Materials Inc. сообщила о начале коммерческого производства на своем заводе по выпуску редкоземельных магнитов в Эстонии.

На протяжении многих лет импорт оставался более простым решением. Высокие затраты и неопределенность перспектив получения прибыли делали проекты в сфере редкоземельных металлов непривлекательными для многих крупнейших западных горнодобывающих компаний. В результате сформировалась опасная зависимость, напоминающая прежнюю зависимость Европы от поставок российского природного газа.

«Это стратегическая уязвимость, и мы полны решимости ее уменьшить», — заявил еврокомиссар по вопросам промышленности Стефан Сежурне.

«Это означает, что необходимо расширять добычу в Европе там, где у нас имеются соответствующие ресурсы, а также увеличивать объемы переработки и вторичного использования сырья и диверсифицировать источники поставок», — добавил он.

Некоторые проекты LKAB получили статус стратегических проектов Евросоюза. Среди них — еще не освоенное месторождение Пер-Гейер на севере Швеции. Оно содержит значительно более высокие концентрации редкоземельных элементов и фосфора по сравнению с месторождениями, которые LKAB разрабатывает в настоящее время.

Евросоюз также продвигает заключение соглашений о гарантированной закупке будущей продукции (offtake agreements). Такие соглашения должны обеспечить компаниям и частным инвесторам большую уверенность в будущих доходах.

В Скандинавском регионе и прилегающих территориях на разных стадиях разработки находятся и другие проекты. Среди них — проект Илуа компании Amaroq в Гренландии и проект Сокли в Финляндии, освоение которого может потребовать до €1,5 млрд.

«Сама по себе рыночная экономика не способна обеспечить такие изменения. Мы должны учиться у лучших», — заявил Педер Лундквист, генеральный директор Датского экспортно-инвестиционного фонда, одного из крупнейших акционеров Amaroq. Под «лучшими» он подразумевал Китай.

Еще один перспективный проект — Fen Carbonite Complex в Норвегии. Возможно, это крупнейшее месторождение редкоземельного сырья в Европе. Его ресурсы оцениваются в 15,9 млн метрических тонн совокупных оксидов редкоземельных элементов.

В этом месяце разработчик проекта, компания Rare Earths Norway, объявила о создании пилотной установки по переработке сырья на этом месторождении. Около трети затрат на ее строительство будет покрыто за счет государственных средств. Компания также заявила о готовности рассмотреть возможность участия государства в капитале проекта в рамках будущего финансирования.

Пока же европейские производители промышленной продукции и их потребители остаются в значительной степени зависимыми от уязвимой цепочки поставок.

Шведская компания Höganäs AB использует редкоземельные элементы главным образом в материалах для нанесения защитных и функциональных покрытий, применяемых в энергетике, авиации и оборонной промышленности. Сырье компания закупает в Китае.

Генеральный директор Höganäs Хенрик Агер считает европейские усилия по созданию собственной цепочки поставок жизненно важными.

«Преимущество, которое получает потребитель благодаря обеспечению надежных поставок редкоземельных элементов, заключается не в снижении стоимости продукции. Речь идет о возможностях обороны, обеспечении энергоснабжения, доступе к товарам первой необходимости и возможности путешествовать так, как мы привыкли сегодня», — подчеркнул он.